Артуро О’Фэррилл: джазовый полет через Кубу в Россию

Фoтo: прeсс-службa пoсoльствa СШA в Рoссии

Aртурo — сын лeгeндaрнoгo кубинскoгo кoмпoзитoрa, aрaнжирoвщикa и   дирижeрa Чикo O’Фэрриллa. Гeны сыгрaли свoю рoль, и   артисту удалось более чем достойно продолжить дело отца: стать ведущим пианистом, композитором и   педагогом в   Америке, собрать букет из   пяти статуэток «Грэмми» и   — собственный квинтет еще с   двумя О’Фэрриллами, уже внуками Чико. Конечно, музыке Артуро учился с   раннего детства, но   серьезный сценический путь начал в   биг-бэнде Карлы Блэй, а   продолжил сольно. Были и   любопытные коллаборации   — с   такими мастодонтами, как Диззи Гиллеспи, Фредди Коул, Стив Турре, Лестер Боуи, Уинтон Марсалис, Гарри Белафонте и   The   Fort Apache Band. В   какой-то момент он основал Afro Latin Jazz Orchestra с   кубинскими музыкантами, играющими латинский джаз (в   основном произведения Чико). Квинтет появился позже. Один из   сыновей Артуро   — Адам — виртуозно играет в   нем на   трубе, тоже сочиняет музыку (в   прошлом году он выпустил дебютный альбом «Stranger Days» в   составе группы с   одноименным названием), как, впрочем, и   его брат Зак   — барабанщик и   перкуссионист квинтета. Помимо них в   состав команды вошли саксофонист Чад Лефковитц-Браун, игравший с   самим Дейвом Брубеком, и   мультиинструменталист Борис Козлов. В   квинтете Борис играет на   контрабасе, также он мастер игры на   акустической электрогитаре, композитор, аранжировщик и   обладатель нескольких премий «Грэмми».

Артисты раздвигают рамки и разрушают все границы традиционного понимания музыкального строя. Каждая композиция похожа на   американские горки, банджи-джампинг и   экстремальный серфинг одновременно. С   мелодиями, ритмами, живыми звуковыми эффектами они делают все, что им заблагорассудится, чувствуя в   каждой партии полную свободу. Грань между импровизацией и   игрой по   партитуре почти незаметна. Причудливое многоголосие инструментов звучит как экспрессивный полилог или откровенное, неожиданное признание. Участники переглядываются, перемигиваются, получая наслаждение от   процесса. Это тот случай, когда, беря в   руки инструменты, музыканты отрываются от   реальности и   переносятся в   какой-то свой, особенный мир, где они способны испытать эйфорию и, если магия возникнет, передать эти ощущения публике. На   столичном концерте им удалось это сделать. А   после создатель квинтета рассказал «Мегабиту», что именно артисты вкладывают в   свою музыку.

— Артуро, на тот момент, когда вы собрали этот бэнд, у   вас был уже целый оркестр. Зачем понадобился еще один коллектив?

— Это другая, более камерная, но не менее яркая история. Все произошло органично. Адам и   Зак, как вы знаете,   — мои сыновья, которые, как и   я, с   ранних лет занимались музыкой. Думаю, что в   них этот дар развивается еще активнее, потому что их   мама также музыкант, она пианистка и   очень хороший педагог. В   какой-то момент они познакомили меня с   Чадом. Я   услышал, что он совершенно уникальный саксофонист, так что это большая радость, что он также вошел в   состав нашей группы. Этот парень стал для меня открытием. Ну а   с Борисом Козловым мы знакомы уже 30   лет. Он родился в   России, потом переехал в   США, где мы играли вместе в   очень многих коллективах. Знаете, вообще, мне очень комфортно и   приятно работать со   своими детьми. Мы понимаем друг друга без слов, каждый из   нас готов реализовать любую по-хорошему сумасшедшую идею в   музыке, мы на   одной волне, и   это дорогого стоит.

— Как вы формируете свою программу?

— Всегда по-разному. Я очень много раз выступал в   посольствах и   заметил сейчас новую тенденцию: если раньше публика в   таких местах была очень строгой, порой довольно холодной, то   сегодня люди в   хорошем смысле слова более раскрепощены, открыты. На   такие концерты собираются гости совершенно разных возрастов, поэтому мне хочется, чтобы и   музыка была разной   — местами веселой, динамичной, ироничной, местами лиричной, такой, которая заставляет задуматься. Но   в ней обязательно должна быть любовь, то, что объединяет всех людей в   мире.

— Что для вас прежде всего отличает джаз от других музыкальных стилей?

— У этого направления очень непростая судьба. Джаз зародился изначально в   атмосфере давления, страданий. Он стал выражением силы человеческого духа, которая на   самом деле есть внутри каждого из   нас. Даже в   условиях самых жесточайших страданий, репрессий человеческий дух может быть сильнее всего, сильнее любого давления, любой политической идеи. Я   уверен, что именно вот это ощущение лежит в   основе джаза, который, несмотря ни   на что, наполнен очень светлыми чувствами. Джаз помогает человеку понять, что все трудности временны и   их можно преодолеть.

— Какие музыкальные тенденции вы наблюдаете сегодня?

— Я вижу, что джаз становится все более интернациональным, он активно развивается по   всему миру, не   только в   Америке, но   и в   Испании, например, других европейских странах, в   России, даже в   Индии. Сегодня уже нельзя сказать, что самые выдающиеся джазмены родом из   США. Послушайте, как играет тот же   самый Борис Козлов, другие замечательные артисты, и   вы все поймете.